так следует хотя бы представиться. — сказал я тихо в пустоту. Услышь кто, и посчитают полоумным, подумают на духов или проклятие какое, мол голову потрепало, вот и несёт всякое в никуда.
Тучи всё сгущались, и вот наконец первая капелька дождя коснулась сухой земли. И будто желая сделать своё появление более эффектным, а может даже неожиданным, передо мной без единого звука, шуршания пыльной почвы и проглядывающей из-под неё изредка травы возникли трое. Странная белая дымка скрывала очертания их лиц, одежд, волос, оставляя лишь силуэты, напоминающие человеческие, на месте глаз которых горели двое красных огоньков, что оставляли в воздухе след каждый раз, как те вертели головами.
Их руки дернулись одновременно, направив что-то, смутно напоминающее оружие, в шею, голову и сердце. Движения их были неестественными и даже нечеловеческими, будто тряпичные куклы из детских представлений на базарных площадях, но из-за этого же они были быстры и точны. Мне стоило лишь чуть пошатнуться в сторону, и два острия со свистом прошли мимо, а третье с диким визгом и скрежетом уперлось в металлическую кость.
Тот, что стоял ближе всех, всеми силами пытался протолкнуть острие глубже, но попытки не приносили плодов. Я сделал шаг и резко схватил его за запястье, а оружие в миг исчезло, испарилось, будто и не было его. В месте, за которое я держался, дымка отступила отрыв обычную человеческую руку, если не считать того, что ту покрывало полотно странных символов, знаков, линий и фигур, так что естественный цвет кожи почти полностью скрывался за ними.
— Значит и рот должен быть. А что ж не отвечаем? Даже трущобного пройдохи манер побольше будет.
Моя достаточно тяжелая рука с пронзительным свистом разрезала воздух и впечаталась тыльной стороной ладони в челюсть клинку. Тот с хрустом и щелканьем, прокрутившись пару раз, отлетел на пару метров, разбрызгав несколько кровяных капель по траве, которые быстро смылись дождем. А вот это уже радует — всегда приятнее сражаться с теми, кто не обделен сей удивительной жидкостью.
— Теперь можно и знакомиться. Я Зет. А вас как кличут, клинки?
Глава 6 Несчастные куклы
— Давай на счёт «три»! Раз… два… ТРИ!!! — с хрустом и грохотом трое имперцев вытащили тело своего собрата по оружию из-под обломков… точнее то, что от него осталось. Во всём форте кипела работа — хотя этакое «перемирие» и было заключено соглашениями командиров двух армий, война как таковая еще не закончилась, а её последствия уже были на лицо. Ремонтом самой крепости, конечно, займутся другие, а вот подсчетом погибшим и сбором их трупов должны были всё-таки заняться сами солдаты.
— М-м-мужики, может мы это… подсобим? — спрашивал худой у своей братии, в которой он и без указа Зета стал уже заместителем командира и пользовался неким уважением.
— И что же мы теперь, ВРАГАМ помогать будем, а, Худой?! То есть, заместитель командира… — отвечали ему, выделяя его новое звание с ехидством, но всё же и с толикой радости.
— Т-так ведь, п-перемирие… как-никак. Д-да и мы все тута, эт самое… имперцы-то…
— Хмм, как-то это всё неправильно, что ли…
— А я думаю, прав Худой! Давеча с ними в одних городах жили, за одним столом может даже ели! А теперь чего? Верхушка колыхается, а нас и вместе с ними трясет, не по своей воле, между прочим…
— Дело говоришь!
— Вот-вот…
— Ну, веди тогда, заместитель командира! Тебе слово давать, хах.
Солдатня стала подбадривать Худого, хлопать по плечам и всячески подначивать. Тот бы и рад, да вот только чувствовалось, что на него просто скидывали ответственность. Но теперь уже ничего не поделать, сам предложил!
И вот под сотнями таких же взглядов, какими недавно провожали его командира, Худой шёл «давать слово», как и было сказано. А на плацу тем временем продолжала кипеть работа, которой с криками и резкими движениями рук командовал светловолосый мужчина.
— Вон там приподними! Да не так, горе ты луковое… Рычаг! Рычаг сделай, эх. И чему вас только в академии учили? — кричал он.
— Д-доброго д-дня вам… — обратился к имперцу Худой.
— А? И тебе здравия, только что ж в нём доброго? У нас тут потери, как видишь, под две тыщи наберется! «Добрый», хах…!
— И-и правда… В-вам, может, п-помощь нужна?
— Ты что ли помогать собираешься, солдат? Кем будешь?
— З-заместитель командира я… Х-худой звать.
— Ага, а я главнокомандующий! Ха-ха-ха-ха… — долго смеялся светловолосый. — Ээхх… Погодь, правда что ли? — ответом ему был дерганный кивок, на что тот задумался и сказал. — Командир третьего отряда я, Бориславом звать… Значит все ваши нашим помочь желают?
— К-какие уж тут… «ваши» да «наши»? М-мы же как-никак все тута… имперские, д-да и п-перемирие же…
— И то верно! Хрен с тобой, зови, чего уж делать. Но если вдруг что, отвечать ты будешь… головой! Понял, заместитель командира?
— Т-т-так точно!
…
— Ле… Марика, могу я полагать, что это тот форт, который ты ищешь? — Зен указал на серые стены, что виднелись вдалеке. С того места, где их троица находилась, а именно на небольшом холме с одиноко стоящим деревом, до форта было рукой подать — прямиком через поле, по лугам, чуть больше километра.
— Да. — ответила она как всегда коротко и собиралась уже пришпорить бедную скотину, которая от устали уже вывалила розовый язык.
— Сестра, постой! — схватила её за руку Ларика.
За время их недолгого пребывания вместе, Марика уже успела привыкнуть к такому обращению, хотя скорее ей было всё равно. В любом случае сложно было понять, что она думала по этому поводу, но называть её «сестрой» всё же позволяла.
Ларика казалась несколько встревоженной, хоть и хорошо скрывала это. Юноша подумал, что то было, вероятно, от скорой разлуки, и девушке не хотелось отпускать сестру… Он был прав наполовину.
— Почему? — спросила седовласая.
— Там что-то не так… Погоди. — Ларика начала рыться в своей сумке и вскоре выудила оттуда весьма странный предмет — металлическую трубку, которую она разложила, и та увеличилась в длине.
— Это… — удивился Зен.
— Подзорная труба. Такие делают только в Стране Вод. — просветила она его и стала всматриваться в даль на то самое поле перед фортом.
— …вот же ебаная…!!! — дальше Зен не услышал, но там определенно был такой поток брани, который ему еще не доводилось слышать. Даже его мать редко когда позволяла себе пользоваться подобными выражениями.
— Послушай, сестра, туда сейчас нельзя, там…! — воскликнула Ларика и обернулась к своей сестре, но тут же остановилась. Её глаза ошарашенно бегали из стороны в сторону. — Там…
